Самые гладкие следы на скале обычно оставляет не резец. Камень шлифует сам камень. Ледник берет на себя грубую работу: в его толще зажаты обломки, и вся эта масса ползет как бесконечная наждачка. У основания лед скользит по породе, тащит вмерзшие камни под огромным давлением и шаг за шагом доводит одну сторону долинной стены до плотного, почти лакированного блеска.
Недооцененный мастер здесь — ветер. Он тоже умеет шлифовать породу, хотя звучит это почти неправдоподобно. В воздухе висят кварцевые зерна, они снова и снова бьют по одной и той же полосе на стене. Удары крошечные, но их слишком много. Со временем шероховатость уходит, поверхность смягчается на ощупь, и камень кажется отполированным, хотя по сути это всего лишь долгая механическая обдирка частицами в движении.
Но самый коварный полировщик прячется внутри самой скалы. Подземная вода просачивается по трещинам, несет растворенные вещества и тонкий осадок. В узких щелях поток разгоняется и работает сразу в двух направлениях: понемногу растворяет минералы и тут же счищает их механически. Микроскопические выступы исчезают — растворяются или отслаиваются. И в какой-то момент стенка трещины уже не рваная, а скользкая, ровная, почти шелковая.
