Свет газовой лампы превращает тесную мастерскую в испытательный полигон для науки о зрении. На холсте возникает лицо, собранное из крошечных, беспокойных мазков зеленого, красного, синего и оранжевого. Этот портрет не столько изображает кожу и тень, сколько зашифровывает прямой вызов зрительной системе человека и самому способу, которым восприятие создает реальность.
Эта манера опирается на теорию противопоставленных процессов и на то, как колбочки передают сигнал в ганглиозные клетки сетчатки. Вместо гладких телесных тонов Ван Гог кладет рядом контрастные по кругу цвета, которые упрямо отказываются полностью смешиваться как пигмент. На расстоянии просмотра глаз выполняет пространственную суммацию, загоняя сигналы в хрупкое равновесие. Краска остается неподвижной, смешивание происходит в нейронных цепях.
В такой композиции собственное лицо художника оказывается и стимулом, и контролируемой переменной. В желтоватом ореоле газового освещения он усиливает дополнительные цвета, чтобы вызвать эффекты послесвечения и максимизировать локальный контраст. Микромазки ведут себя как отдельные выборки данных, каждая — как единица в перцептивном эксперименте, который запускается прямо на корковых нейронах, где мерцание портрета существует лишь как кратковременный узор нервных импульсов.
То, что внешне выглядит как автопортрет, по сути работает как импровизированный протокол психофизики. Холст фиксирует условия входного сигнала, но решающий результат разворачивается внутри зрительной коры каждого наблюдателя, превращая личные нейронные вычисления в подлинное пространство выставки.
