Самое неожиданное тут связано не с волнами, а с мазками. Именно они выдали турбулентность там, где взгляд обычно видит просто лунное море и мягкое мерцание. Исследователи посмотрели на эту дрожащую поверхность как на данные и обнаружили вещь почти неправдоподобную: колебания яркости в живописи ведут себя так же, как в настоящем турбулентном потоке, который описывают законы Колмогорова.
Суть, если отбросить лишнее, довольно колкая. Картину оцифровали в высоком разрешении, яркость каждого пикселя приняли за условный аналог скорости и посчитали пространственные статистики — в том числе структурную функцию второго порядка и энергетический спектр. А дальше началось самое интересное: при сравнении с расстоянием между точками эти величины вышли на тот самый степенной режим, знакомый по атмосферной турбулентности и экспериментам в аэродинамических трубах. Похоже, короткие направленные мазки у Ван Гога сложились не в хаос, а в устойчивую иерархию вихрей разных масштабов.
И вот здесь становится по-настоящему неуютно. Никаких уравнений Навье—Стокса, никаких лабораторных установок — только глаз, восприятие, напряжение, чувство. Авторы работы предполагают, что зрительная система могла сработать как живой аналоговый фильтр: сжать беспорядок моря в масштабно-инвариантный рисунок. Тогда это уже не просто образ турбулентности. Перед нами как будто застывший набор данных, где восстановленное глазом движение случайно повторяет тот же каскад, что и в реальной жидкости.
