Этот белый гигант только притворяется неподвижным. Под ледяной шапкой порода гнётся, трескается, понемногу лезет вверх. Её поджимают тектонические плиты, кора утолщается, и вещество буквально выдавливает к небу. Глаз этого не ловит — слишком медленно. Но приборы видят другое: поверхность стабильно поднимается на миллиметры, а напряжение внутри горы совсем не похоже на покой.
Самое странное — гора растёт именно из-за тяжести. Огромный ледник давит на литосферу, просаживает кору вниз, а более пластичные глубинные породы расходятся в стороны. Потом лёд понемногу теряет массу: часть уходит через испарение, часть тает. И тогда начинается изостатический подъём. Поверхность медленно ползёт вверх, как пружина, которую наконец отпустили. Сила тяжести, которая будто бы должна прижать гору, на деле помогает коре перестроиться и снова толкает её вверх.
И сам лёд тут работает жёстко. Он шлифует и выдирает коренную породу, вырезает кары и глубокие ложбины, всё время сыплет камень на склоны. Сейсмические датчики ловят частые микроземлетрясения: где-то хрупко ломаются трещины, где-то проскальзывает ледяная масса. Издалека вершина выглядит застывшей и пустой. А под ногами это скорее медленная, тяжёлая машина из камня и талой воды, которая без остановки перемалывает саму себя.
